Свадебный обряд бухарских евреев. Часть I - Ujew

Свадебный обряд бухарских евреев. Часть I

Свадебный обряд бухарских евреев. Часть I
Количество просмотров 727 Количество комментариев 0

Евреи из Средней Азии, или бухарские евреи, до 1970-х годов проживали главным образом в Узбекской и Таджикской ССР: в Самарканде, Ташкенте, Душанбе, Бухаре, Коканде, Андижане, Маргелане, Хатырчи, Шахрисабзе. Наименование «бухарские евреи» закрепилось за членами общины потому, что до включения Средней Азии в состав Российской империи значительная часть общины жила на территории Бухарского ханства. Первые достоверные сведения о еврейских поселениях в Средней Азии относятся к концу I тысячелетия н. э., в XIII веке впервые упоминается еврейская община в Бухаре, которая с XVI столетия становится основным центром сосредоточения еврейского населения в Средней Азии. В конце XIX века численность среднеазиатского еврейства составляла примерно 16 тыс. человек, в начале 30-х годов XX века — 20 тыс., в конце 80-х годов — 45 тыс. Массовая эмиграция в Израиль и Америку началась еще в 1970-х, тогда уехало около 10 тыс. человек, а в 1990–2000-х, когда шла массовая эмиграция из республик бывшего Советского Союза, уехала большая часть бухарской общины.

 

В советское время, несмотря на антирелигиозную пропаганду, обряды жизненного цикла — обрезание, свадьба, похороны — исполнялись почти всеми членами еврейской общины, до 1970-х годов основным языком общения оставался бухарско-еврейский язык, но сейчас для среднего поколения родной язык уже русский, а бухарско-еврейский используется только дома для общения с родителями. Сейчас в Бухаре проживает около ста евреев, есть две действующие синагоги, еврейская школа и детский сад.

 

http://www.lechaim.ru/ARHIV/234/amosova.files/image001.jpg

Бывшая созанда (танцовщица на свадьбе) Тамара Хаимовна с мацой, которую она сама печет. Бухара. 2011 год

 

В рамках полевой школы, организованной центром «Сэфер» в мае 2011 года в Бухаре и Самарканде, мы провели целый ряд интервью с пожилыми местными евреями. Первый вопрос, который нам задавали, когда мы оказывались большой девичьей компанией в доме бухарского еврея или в синагоге, — замужем ли мы. Получив хоть один отрицательный ответ, гостеприимные хозяева тут же начинали рассказывать о холостом и очень достойном племяннике или внуке, начиналось «сватовство». Информанты вздыхали и говорили, что в Бухаре давно не было еврейских свадеб. Молодые люди чаще всего ищут невесту в бухарских общинах Израиля или Америки, девушек тоже сватают туда, и свадьбы проводят там, поэтому все с такой ностальгией вспоминают еврейские свадьбы, которые устраивали в Узбекистане в 1980–1990-х годах.

 

Конечно, по свидетельству стариков, даже те свадьбы уже не соответствовали канонам настоящей еврейско-бухарской свадьбы, но все подчеркивают, что еврейская община еще хранила свои традиции и обычаи. Даже молодая пара тридцати с небольшим лет, описывая свою свадьбу (одну из самых последних еврейских свадеб в Бухаре), подчеркивает, что она была традиционной. Мы попытаемся описать со слов наших собеседников свадьбу такой, какой они ее помнят, — гибрид еврейско-бухарского и советского ритуалов. Конечно, этнографически правильнее и интереснее было бы описать настоящий обряд, но, увы, увидеть таковой нам не довелось. С другой стороны, свадебный ритуал, как и другие обряды жизненного цикла, наполнен различными мелкими элементами, и, будучи гостями на церемонии, мы могли бы попросту не заметить многих деталей, о которых теперь знаем, так как нам о них рассказали.

 

Все свадебные торжества — с момента помолвки до окончания свадьбы — называются на бухарско-еврейском языке туй, но наши собеседники уже пользовались русским словом «свадьба».

 

http://www.lechaim.ru/ARHIV/234/amosova.files/image002.jpg

Свадебная фотография Михаила Абрамова и Яфы Календарёвой. 1927 год

 

Сватовство

Сватовство считалось важнейшим моментом в жизни девушки и ее избранника. Для девочек идеальный возраст для вступления в брак наступал в 18–19 лет, для мальчиков — в 22–23 года, идеальная возрастная разница для супругов — 3–5 лет. Юноша на момент вступления в брак должен уже обладать профессией, быть более или менее самостоятельным. В советское время были распространены браки между студентами одного института: «Большинство замуж вышли: третий курс мальчик и на первый курс девочка пришла — врач с врачом, учитель с учителем». Не было принято заключать браки между близкими родственниками, а вот жениться братьям на девушках из одной семьи было принято. Такие свадьбы даже устраивали в одно время.

 

Как правило, сватовство начинала сторона жениха. Сначала они узнавали все о девушке, о ее семье, расспрашивали соседей и друзей, проверяли, чтобы ее авлод (род) был хороший, богатый, здоровый, чтобы в роду не было психических заболеваний и т. п. Затем о выбранной невесте родители жениха рассказывали сыну, и, если он был согласен, к девушке отправляли сватов. В роли сватов выступали пять-шесть женщин из махаллаи (еврейский квартал Бухары), которые приходили к родителям девушки вместе с какой-нибудь их родственницей. Люди помнят еще и профессиональных свах — хозгор; известно, что это были женщины, но как именно они работали, уже никто нам не рассказывал. После встречи со сватами родители невесты проводили свое «расследование» и узнавали все о женихе и его семье. Ни в коем случае родители девушки не давали сразу положительный ответ, для поддержания авторитета девушки сватов заставляли приходить несколько раз, чтобы получить ответ: «За один раз девушки не возьмешь, пойдешь три-четыре раза, сразу никто не брал за один раз девушки». После того как родители девушки давали согласие, устраивался Ширинихури — «день сладости». Это была помолвка: юноша и девушка объявлялись женихом и невестой, они обменивались виноградным сахаром и после этого официально могли встречаться. Дома собирался узкий круг родственников и отмечал это событие. На стол подавали различные сладости: комковый сахар, засахаренный миндаль, халву и проч., а соседям и родственникам отправляли подарки — кульки со сладостями, где были, например, четыре кусочка сахара и четыре-пять видов конфет, два вида шоколада. Все это делалось для того, чтобы будущая семейная жизнь была сладкая, счастливая.

 

Даже в советское время жених должен был заплатить калин (колым) за невесту. Это считалось не совсем обязанностью — скорее, правилом хорошего тона. Желая показать себя с лучшей стороны перед родственниками невесты и соседями, жених давал семье невесты сравнительно крупную сумму денег — 500–1000 руб. — с формулировкой: «За молоко матери».

 

Свадьба

Еврейско-бухарская свадьба длилась целую неделю, а старожилы говорят, даже две. Время для свадьбы выбирала невеста — она должна была быть «чистой». В воскресенье накануне свадьбы невесту вели в микву, этот обряд назывался хамомбарон. До недавнего времени в Бухаре функционировала миква, за которой следила специальная женщина; невесты и все замужние женщины обязательно туда ходили; но последние лет пять миквы больше нет.

 

Свадьба начиналась в понедельник с официальной церемонии в ЗАГСе, где невеста всегда была одета в обычное белое платье и фату. Жених и невеста обменивались обручальными кольцами (причем кольцо было не единственным украшением, которое невеста получала в подарок). После ЗАГСа молодожены, следуя общесоветской традиции, отправлялись кататься по городу на машинах: «Он берет там белую любую машину, “Волга” раньше было, “Жигули”, какую-нибудь хорошую машину белого цвета, приходит за невестой, один круг по городу катает».

 

После этого невеста ехала к себе домой, где ее встречали женщины, родственницы и подруги. Для них в доме специально накрывали столы, подавали горячее. Невесту встречала ее мать, и обычно в это время невеста меняла свое платье. Платье для первого вечера могло быть любым, но чаще всего это было аштепке (платье из хонатласа, то есть традиционное узбекское платье). В тот же вечер проводился важный обряд кошчинон — чистка бровей и лица. У еврейских женщин было не принято выщипывать брови и волосы на лице до свадьбы. Первый раз брови выщипывали перед свадьбой, до сих пор пожилые женщины считают, что неприлично молодым девушкам до свадьбы чистить лицо, выщипывать брови и пр. Для выщипывания бровей приглашали специальную женщину, которая делала это ниточкой. Иногда приглашали не одну такую женщину, а несколько, чтобы все остальные приглашенные на свадьбу дамы тоже могли привести в порядок свои брови. После того как все желающие проходили эту косметическую процедуру, ей подвергалась невеста. Ее усаживали на специально приготовленное сиденье — карпачу (пуфик или матрас). Перед тем как туда садилась невеста, на ее месте должна была посидеть семья, которая хорошо живет, у которой много детей. Считалось, что благодаря этому у невесты будет такая же семья, как и та, что сидела на ее месте. Пока невесте выщипывали брови, все приглашенные женщины могли подойти и поддержать невесте голову — для того, чтобы бровь была ровная. Все, кто подходил поддержать голову, клали невесте в подол платья деньги. Деньги затем отдавались женщине, проводившей эту процедуру. В последнее время кошчинон перестает быть важной частью свадебного обряда — его просто перестают делать.

 

На второй день, во вторник, устраивали уже совместную трапезу — для мужчин и для женщин, точнее, две трапезы: для родственников жениха и для родственников невесты. Каждая семья собирала родных и друзей в своем дворе: если двор маленький, просили соседей или друзей устроить свадьбу в их дворе, за что обычно платили. К этой трапезе составлялось особое свадебное меню, его обговаривали за несколько месяцев до свадьбы. На столе обязательно должен был быть плов, курица, мясо: «Режут корову — это сторона жениха. Сто штук кур — на три человека одна курица, так считается. На стол курица должна быть целиком». Для готовки нанимали женщин. Хозяева двора обычно вместе с гостями не сидели, а обслуживали их. Кроме того, на свадьбу было принято приглашать танцовщиц (созанда). Но на последних традиционных свадьбах таких профессиональных танцовщиц уже не было — танцевали гости. Невеста тоже обязательно танцевала.

 

http://www.lechaim.ru/ARHIV/234/amosova.files/image003.jpg

Двор еврейского дома. Бухара. 2011 год

 

Автор: Светлана Амосова для журнала «Лехайм»

 


Комментарии

0 комментариев

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.