Еврейский календарь
13 Тишрей
5779
Календарь
23 Сентября
2018
Недельная глава:
Гаазину
ТЕМА НЕДЕЛИ
Тора как песня
Мир еврейскими глазами

Тора как песня

рав Джонатан Сакс
11 сентября 2018, 15:54
Время прочтения Время прочтения: 7 мин.

Долгая и бурная карьера Моше подходит к концу. Со словами поощрения и благословения он вручает мантию лидерства своему преемнику Йешуа бин Нуну.

Говорит Моше такие слова: Сегодня мне уже 120 лет. Я, скорее всего, уже не выйду и не войду, ибо Б-г сказал, что я не перейду Иордан”. Раши указывает на то, что Моше сказал “скорее всего”, а не “не смогу”. Он все еще находился в прекрасной форме, “его взгляд был невозмутим, а природная сила неослабевшей”. Но он достиг конца своей дороги. Пришло время другого возраста, нового поколения, другого лидера.

Перед уходом у Б-га еще осталась одна заповедь для Моше: “А теперь запишите себе эту песню и обучайте ей детей Израиля, покладите ее им в рот …” Простой смысл этих строк состоит в том, что Б-г велел Моше и бин Нуну записать следующую песню - песнь Аазину. Раши и Нахманид понимают это. Устная Тора, однако, читает это иначе.

Согласно мудрецам, “А теперь запишите себе”, относиться к Торе в целом. Таким образом - последняя из 613 заповедей - это заповедь “писать” (или как минимум принимать участие в написании) Тору, хотя бы одну букву. Вот утверждение Маймонида на счет этого закона:

Каждому израильтянину велено написать свиток Торы для себя. “А теперь запишите себе эту песню”, имеется в виду “Запишите для себя (полную копию) Торы, которая содержит эту песню”. Даже если человеку свиток Торы достался от родителей, все равно это считается мицвой - написать его самостоятельно. Это можно приравнять к тому, как вроде бы вы получили его на горе Синай. Тот, кто не умеет писать свиток самостоятельно, может привлечь писца. Если вы исправите хоть одну букву, это будет считаться, будто вы написали весь свиток сами.

Почему эта заповедь? Почему именно в период конца жизни Моше? Почему такое повеление делать последней заповедью? И если имеется в виду вся Тора, то почему используется слово “песня”?

Устная традиция намекает здесь на серию очень глубоких идей. Во-первых, эти строки говорят Народу Израиля и нам (каждому поколению), что недостаточно просто сказать: “мы получили Тору от Моше” или “от наших родителей”. Мы должны взять Тору, и сделать ее новой для каждого поколения. Мы должны написать наши собственные свитки. Смысл Торы в том, что она не старая, она новая; она говорит не только о прошлом, но и о будущем. Это не просто исторический документ, который исходит из более ранней эпохи эволюции. Она говорит с нами здесь и сейчас, и мы должны приложить свои усилия к этому разговору - написать ее снова.

На иврите есть два слова, обозначающие наследство: nachalah и yerushah/morashah. Они несут в себе разные идеи. Nachalah относится к слову nachal, что обозначает “река, поток”. Как вода течет вниз, так и наследие переходит через поколения. Этот процесс происходит естественным путем, он не требует никаких усилий с нашей стороны.

Yerushah/morashah нечто другое. Здесь глагол в активной форме. Он значит овладение чем-то, посредством хорошего дела или усилия. Евреи получили землю потому, что Б-г дал обещание Аврааму. Земля была их наследием, но они, тем не менее, должны были сражаться и побеждать в войнах. Лехвадил, Моцарт и Бетховен родились у музыкальных отцов. Да, музыка была у них в крови, но их искусство было результатом бесконечной, тяжелой работы. Для нас Тора - это morashah, мы должны писать ее для себя сами, а не просто наследовать от предыдущих поколений.

Почему Тору называют песней? Потому что если мы передаем нашу веру и образ жизни следующему поколению, они должны петь. Тора должна быть эмоциональной, а не только познавательной. Она должна говорить с нашими эмоциями. Антонио Дамасио в “Ошибке Декарта” показывает, что рассуждающая часть мозга играет центральную роль в том, что делает нас людьми, но именно лимбическая система (место эмоций) заставляет нас выбирать конкретный путь. Если в Торе не будет хватать страсти, нам не удастся передать ее будущим поколениям. Музыка - это эффективное измерение коммуникации, среда, через которую мы выражаем, побуждаем и передаем эмоции. Именно потому, что мы являемся существами эмоций, музыка является неотъемлемой частью словарного запаса человечества.

Музыка тесно связана с духовностью, как сказал когда-то Райнер Мария Рильке:

Слова по-прежнему мягко идут в сторону несказанного.

И музыка, всегда новая, из трепещущих камней

Строит в бесполезном пространстве свой благочестивый дом.

Песня занимает центральное место в еврейской жизни. Мы не молимся, мы произносим наши тексты, мы пропеваем слова направляя их к небесам. Мы также не читаем Тору, мы повторяем каждое слово с его собственным ритмом. Даже раввинские тексты не изучаются, они повторяются как песни - с особенным ритмом, известным каждому ученику. Каждый момент времени, каждый текст имеет свою мелодию. Одна и та же молитва может озвучиваться в полдюжине разных мелодий, все зависит от того, является ли она частью утреннего, дневного или вечернего служения; от того, какой это день недели. Существуют различные темпы и ритмы для чтения Торы, каждый зависит от того, что это за текст: отрывок Торы, текст от пророков или часть Ктувима. Музыка - это карта еврейского духа, и каждый духовный опыт имеет свой собственный мелодичный ландшафт.

Иудаизм - это религия слов, и все же, всякий раз, когда этот язык стремится к духовному, он превращается в песню, будто слова сами ищут выход из гравитационного притяжения ограниченного значения.

Музыка говорит с чем-то большим и более глубоким, чем просто наш разум. Если мы хотим сделать Тору новой для каждого поколения, нам необходимо найти способы как пропеть ее песни на новый лад. Слова никогда не меняются, в отличие от музыки.

Предыдущий главный раввин Израиля, рав Авраам Шапиро, однажды рассказал мне историю о двух великих раввинах-мудрецах девятнадцатого века. Они были одинаково известными учеными, один из которых потерял своих детей, а второй был благословен детьми, которые следовали его пути. Разница между ними заключалась в следующем: когда дело дошло до третьей субботней трапезы, первый проговаривал слова Торы, в то время, как второй пел песни. Послание было достаточно ясным. Без аффективного измерения, без музыки, иудаизм - это тело без души. Это наши песни, которым мы обучаем наших детей и которые передают нашу любовь к Б-гу.

Несколько лет назад, один из лидеров мирового еврейства хотел узнать, что случилось с “пропавшими еврейскими детьми” Польши. Эти дети во время войны были усыновлены христианскими семьями, которые вырастили из них католиков. Он подумал, что самый простой способ - это еда. Он организовал огромный банкет и развесил объявления в польской прессе, приглашая всех, кто считал, что родился евреем, принять участие в этом благотворительном обеде. Пришло сотни людей, но вечер был на грани катастрофы, так как ни один из них не помнил года раннего детства. Но вдруг один из участников спросил соседа, помнил ли тот песню, что пела ему мать перед сном. Он начал напевать: “Rozhinkes mit mandlen” (старая колыбельная на идиш). Постепенно присутствующие начали подключаться до тех пор, пока комната и люди в ней не превратились в хор. Иногда все, что остается от еврейского происхождения - это песня.

Раввин Иехиэль Мишель Эпштейн во вступлении к “Arukh ha-Shulchan” пишет, что Тору сравнивают с песней потому, что для тех, кто ценит музыку, самой красивой считается хоровая - сложная гармония разных голосов, поющих разные ноты. Иудаизм - это хоровая симфония, предназначенная для множества голосов; написанные тексты - это мелодия, устные традиции - полифония.

Тора - это либретто Б-га, а мы, еврейский народ - Его хор. Коллективно мы исполняем песню Б-га. Когда евреи говорят, они часто спорят, но когда они поют, они поют в гармонии, ведь слова - это язык разума, а музыка - язык души.

 

Перевод Анастасии Яценюк

Присоединяйтесь в Telegram

Случайные статьи

Джеймс Бонд из Херсона
Что скрыто за каждым благословением?
Еврейское образование
18 фактов о еврейской молитве
Кошелек или разум